Все для школьников, студентов, учащихся, преподавателей и родителей - Обучалка - Obuchalka.org

Избранное, Фиеста, Прощай, оружие, Старик и море, Рассказы, Хемингуэй Э.

Фрагмент из книги.
Роберт Кон когда‑то был чемпионом Принстонского университета в среднем весе. Не могу сказать, что это звание сильно импонирует мне, но для Кона оно значило очень много. Он не имел склонности к боксу, напротив – бокс претил ему, но он усердно и не щадя себя учился боксировать, чтобы избавиться от робости и чувства собственной неполноценности, которое он испытывал в Принстоне, где к нему, как к еврею, относились свысока. Он чувствовал себя увереннее, зная, что может сбить с ног каждого, кто оскорбит его, но нрава он был тихого и кроткого и никогда не дрался, кроме как в спортивном зале. Он был лучшим учеником Спайдера Келли.

Великий Гэтсби, Ночь нежна, Рассказы, Фицджеральд Ф.

Фрагмент из книги.
В юношеские годы, когда человек особенно восприимчив, я как‑то получил от отца совет, надолго запавший мне в память.
– Если тебе вдруг захочется осудить кого то, – сказал он, – вспомни, что не все люди на свете обладают теми преимуществами, которыми обладал ты.

Мост короля Людовика Святого, Мартовские иды, День восьмой, Уайлдер Т.

Фрагмент из книги.
В полдень в пятницу 20 июля 1714 года рухнул самый красивый мост в Перу и сбросил в пропасть пятерых путников. Мост стоял на горной дороге между Лимой и Куско, и каждый день по нему проходили сотни людей. Инки сплели его из ивняка больше века назад, и его показывали всем приезжим. Это была просто лестница с тонкими перекладинами и перилами из сухой лозы, перекинутая через ущелье. Коней, кареты и носилки приходилось спускать вниз на сотни футов и переправлять через узкий поток на плотах, но люди – даже вице‑король, даже архиепископ Лимы – предпочитали идти по знаменитому мосту короля Людовика Святого.

Приключения Гекльберри Финна, Рассказы, Памфлеты, Твен М.

   В этой книге использовано несколько диалектов, а именно: негритянский диалект штата Миссури, самая резкая форма захолустного диалекта Пайк‑Каунти, а также четыре несколько смягченных разновидности этого последнего. Оттенки говора выбирались не наудачу и не наугад, а, напротив, очень тщательно, под надежным руководством, подкрепленным моим личным знакомством со всеми этими формами речи.
Я даю это объяснение потому, что без него многие читатели предположили бы, что все мои персонажи стараются в говоре подражать один другому и это им не удается.

Над пропастью во ржи, Выше стропила, плотники, Колыбель для кошки, Бойня номер пять, Сэлинджер Дж., Воннегут К.

Фрагмент из книги.
Если вам на самом деле хочется услышать эту историю, вы, наверно, прежде всего захотите узнать, где я родился, как провел свое дурацкое детство, что делали мои родители до моего рождения, –словом, всю эту давид‑копперфилдовскую муть. Но, по правде говоря, мне неохота в этом копаться. Во‑первых, скучно, а во‑вторых, у моих предков, наверно, случилось бы по два инфаркта на брата, если б я стал болтать про их личные дела. Они этого терпеть не могут, особенно отец. Вообще‑то они люди славные, я ничего не говорю, но обидчивые до чертиков.

Человеческая комедия, Рассказы, Поправка-22, Сароян У., Хеллер Дж.

   Я очень долго собирался написать рассказ для тебя, мне так хотелось, чтобы это был особенно хороший рассказ, самый лучший, какой я могу написать, и вот теперь наконец, хоть и немножко наспех, я попытался это сделать. Можно было, конечно, подождать еще немного, но так трудно предсказать, что сулит мне будущее и как оно повлияет на мои вкусы и мастерство; поэтому я поторопился и рискнул положиться на мои теперешние вкус и мастерство. Скоро, надеюсь, какой‑нибудь необыкновенный переводчик переведет мой рассказ на армянский язык и он будет напечатан теми буквами, которые тебе легко разобрать. В переводе рассказ может получиться даже лучше, чем по‑английски, и, как это у нас не раз бывало, тебе вдруг захочется прочесть мне кое‑что из него вслух, хоть этот рассказ и написал я сам.

Десять дней, которые потрясли мир, Путешествие в революцию, Рид Дж., Рис Вильямс А.

   «Десять дней, которые потрясли мир» ‑ так озаглавил Джон Рид свою замечательную книжку. В ней необычайно ярко и сильно описаны первые дни Октябрьской революции. Это ‑ не простой перечень фактов, сборник документов, это ‑ ряд живых сцен, настолько типичных, что каждому из участников революции должны вспомниться аналогичные сцены, свидетелем которых он был. Все эти картинки, выхваченные из жизни, как нельзя лучше передают настроение масс ‑ настроение, на фоне которого становится особенно понятен каждый акт великой революции.

Поэзия США, Сборник, 1982.

   В книгу входит произведения поэтов США, начиная с XVII века, времени зарождения американской нации, и до настоящего времени.